ГЛАВНАЯ

Аудиосказки


Морозко.


Кот и лиса.


Кощей Бессмертный.


Баба-Яга.


Василиса Прекрасная.


Гуси-лебеди.


Крошечка-Хаврошечка.


Семь Симеонов.


Три царства - медное, серебряное и золотое.


Сивка-бурка.


Жар-птица и Василиса-царевна.


Сказка об Иване-царевиче, жар-птице и о сером волке.

Алёша попович и Тугарин змей.

Царевна-лягушка.

Иванушка-дурачок.

Леший.

Лихо одноглазое.

Царевна - несмеяна.

Сестрица Аленушка и братец Иванушка.

Колобок.

Лиса и журавль.

По щучьему веленью.

Вершки и корешки.

Заяц хваста.


Алёша попович и Тугарин змеевич.



СЛУШАЕМ И РИСУЕМ .

В славном городе Ростове у ростовского попа соборного был один-единственный сын. Звали его Алёша, прозывали по отцу Поповичем. Алёша Попович грамоте не учился, за книги не садился, а учился с малых лет копьём владеть, из лука стрелять, богатырских коней укрощать. Силой Алёша не большой богатырь, зато дерзостью да хитростью взял.
Вот подрос Алёша Попович до шестнадцати лет, и скучно ему стало в отцовском доме. Стал он просить отца отпустить его в чистое поле, в широкое раздолье, по Руси привольной поездить, до синего моря добраться, в лесах поохотиться. Отпустил его отец, дал ему коня богатырского, саблю, копьё острое да лук со стрелами.
Стал Алёша коня седлать, стал приговаривать: - Служи мне верно, богатырский конь. Не оставь меня ни мёртвым, ни раненым серым волкам на растерзание, чёрным воронам на расклевание, врагам на поругание! Где б мы ни были, домой привези!
Обрядил он своего коня по-княжески. Седло черкасское, подпруга шёлковая, узда золочёная. Позвал Алёша с собой любимого друга Екима Ивановича и поутру в субботу из дому выехал искать себе богатырской славы. Вот едут верные друзья плечо в плечо, стремя в стремя, по сторонам поглядывают. Никого в степи не видно ни богатыря, с кем бы силой помериться, ни зверя, чтоб поохотиться.
Раскинулась под солнцем русская степь без конца, без края, и шороха в ней не слыхать, в небе птицы не видать. Вдруг видит Алёша - лежит на кургане камень, а на камне что-то написано.
Говорит Алёша Екиму Ивановичу:
- Екимушка, прочитай, что на камне написано.
Соскочил Еким с коня, стал надпись разбирать:
- Вот, Алёшенька, что на камне написано: правая
дорога ведёт к Чернигову, левая дорога - в Киев, к
князю Владимиру, а прямо дорога - к синему морю,
к тихим заводям.
- Куда же нам, Еким, путь держать?
- К синему морю ехать далеко, к Чернигову ехать незачем: там калачницы хорошие. Съешь один калач -другой захочется, съешь другой - на перину завалишься, не сыскать нам там богатырской славы. А поедем мы к князю Владимиру, может, он нас в свою дружину возьмёт.
- Ну, так завернём, Еким, на левый путь.
Завернули молодцы коней и поехали по дороге к Киеву. Доехали они до берега Сафат-реки. Алёша с коня соскочил, лёг на зелёную траву и заснул крепким сном. А Еким коней расседлал, напоил, прогулял, стреножил и в луга пустил, только тогда отдыхать пошёл.
Утром-светом проснулся Алёша, росой умылся, белым полотенцем вытерся, стал кудри расчёсывать. А Еким вскочил, за конями сходил, попоил их, овсом покормил, заседлал, и своего, и Алёшиного.
Снова молодцы в путь пустились. Едут-едут, вдруг видят - среди степи идёт старичок. Нищий странник -калика перехожая. На нём лапти из семи шелков сплетённые, на нём шуба соболиная, шапка греческая, а в руках дубинка дорожная.
Увидал он молодцов, загородил им путь:
- Ой вы, молодцы удалые, вы не ездите за Сафат-реку. Стал там станом злой враг Тугарин, Змея сын.
Вышиной он, как высокий дуб, меж плечами косая
сажень, между глаз можно стрелу положить. У него
крылатый конь - как лютый зверь: из ноздрей пламя
пышет, из ушей дым валит. Не езжайте туда, добры
молодцы!
Екимушка на Алёшу поглядывает, а Алёша распалился, разгневался:
- Чтобы я да всякой нечисти дорогу уступил! Не могу я его взять силой, возьму хитростью. Братец мои, дорожный странничек, дай ты мне на время твое платье, возьми мои богатырские доспехи, помоги мне с Тугарином справиться.
- Ладно, бери, да смотри, чтобы беды не было: он тебя в один глоток проглотить может.
- Ничего, как-нибудь справимся!
Надел Алёша цветное платье и пошёл пешком к Сафат-реке. Идёт, на дубинку опирается, прихрамывает... Увидел его Тугарин Змеевич, закричал так, что дрогнула земля, согнулись высокие дубы, воды из реки выплеснулись, Алёша еле жив стоит, ноги у него подкашиваются.
- Гей, - кричит Тугарин, - гей, странничек, не видал ли ты Алёшу Поповича? Мне бы хотелось его найти да копьём поколоть, да огнём пожечь.
А Алёша шляпу греческую на лицо натянул, закряхтел, застонал и отвечает старческим голосом:
- Ох-ох-ох, не гневись на меня, Тугарин Змеевич! Я от старости оглох, ничего не слышу, что ты мне приказываешь. Подъезжай ко мне поближе, к убогому.
Подъехал Тугарин к Алёше, наклонился с седла, хотел ему в ухо гаркнуть, а Алёша ловок, увёртлив был, - как хватит его дубинкой между глаз, - так Тугарин без памяти на землю пал. Снял с него Алёша дорогое платье, самоцветами расшитое, недешёвое платье, ценой в сто тысяч, на себя надел. Самого Тугарина к седлу приторочил и поехал обратно к своим друзьям.
А там Еким Иванович сам не свой,рвётся Алёше помочь, да нельзя в богатырское дело вмешиваться, Алёшиной славе мешать. Вдруг видит Еким - скачет конь, что лютый зверь, на нём в дорогом платье Тугарин сидит. Разгневался Еким, бросил наотмашь свою палицу в тридцать пудов прямо в грудь Алёше Поповичу.
Свалился Алёша замертво. А Еким кинжал вытащил, бросился к упавшему, хочет добить Тугарина... И вдруг видит - перед ним Алёша лежит... Грянулся наземь Еким Иванович, горько расплакался:
- Убил я, убил своего брата названого, дорогого
Алёшу Поповича!
Стали они с каликой Алёшу трясти, качать, влили ему в рот питья заморского, растирали травами лечебными. Открыл глаза Алёша, встал на ноги, на ногах стоит-шатается. Еким Иванович от радости сам не свой. Снял он с Алёши платье Тугарина, одел его в богатырские доспехи, отдал калике его добро. Посадил Алёшу на коня, сам рядом пошёл: Алёшу поддерживает. Только у самого Киева Алёша в силу вошел.
Подъехали они к Киеву в воскресенье, к обеденной поре. Заехали на княжеский двор, соскочили с коней, привязали их к дубовым столбам и вошли в горницу.
Князь Владимир их ласково встречает:
- Здравствуйте, гости милые, вы откуда ко мне приехали? Как зовут вас по имени, величают по отчеству?
- Я из города Ростова, сын соборного попа Леонтия.
А зовут меня Алёшей Поповичем. Ехали мы чистой
степью, повстречали Тугарина Змеевича, он теперь у
меня в тороках висит.
Обрадовался Владимир-князь:
- Ну и богатырь ты, Алёшенька! Куда хочешь за стол садись: хочешь - рядом со мной, хочешь - против меня, хочешь - рядом с княгинею.
Алёша Попович не раздумывал - сел он рядом с княгинею. А Еким Иванович у печки стал. Крикнул князь Владимир прислужников.
- Развяжите Тугарина Змеевича, принесите сюда, в горницу! - приказал князь.
Только Алёша взялся за хлеб, за соль - растворились двери гостиницы, внесли двенадцать конюхов на золотой доске Тугарина, посадили рядом с князем Владимиром. Прибежали стольники, принесли жареных гусей, лебедей, принесли ковши меду сладкого.
А Тугарин неучтиво себя ведёт: ухватил лебёдушку и с костями съел, по ковриге целой за щёку запихивает; сгрёб пироги сдобные да в рот побросал, за один дух десять ковшей меду в глотку льёт. Не успели гости кусочка взять, а уже на столе только косточки.
Нахмурился Алёша Попович и говорит:
- У моего батюшки, попа Леонтия, была собака ста
рая и жадная. Ухватила она большую кость, да и подавилась. Я её за хвост схватил, под гору метнул -тоже будет от меня Тугарину.
Потемнел Тугарин, выхватил острый кинжал и метнул его в Алёшу Поповича. Тут бы Алёше и конец пришёл, да верный друг Еким Иванович на лету кинжал перехватил.
- Братец мой, Алёша Попович, сам изволишь в него
нож бросать или мне позволишь?
- И сам не брошу, и тебе не позволю: неучтиво у князя в горнице ссору вести. А сражусь я с ним завтра в
чистом поле, и не быть ему живому завтра к вечеру.
Зашумели гости, заспорили, стали заклад держать, всё за Тугарина ставят: и корабли, и товары, и деньги. За Алёшу ставят только княгиня Апраксия да Еким Иванович.
Встал Алёша из-за стола, поехал с Екимом в свой шатёр на Сафат-реке. Всю ночь Алёша не спит, на
небо смотрит, подзывает тучу грозовую, чтоб смочила дождём Тугариновы крылья.
Утром-светом прилетел Тугарин, над шатром вьётся, хочет сверху ударить. Да не зря Алёша не спал: налетела туча громовая, грозовая, пролилась дождём, смочила Тугаринову коню могучие крылья. Грянулся конь наземь, по земле поскакал. Алёша крепко в седле сидит, острой сабелькой помахивает. Заревел Тугарин так, что лист с деревьев посыпался:
- Тут тебе, Алёшка, конец: захочу - огнём спалю, захочу - конём потопчу, захочу - копьём заколю!
Подъехал к нему Алёша поближе и говорит:
- Что же ты, Тугарин, обманываешь?! Бились мы с
тобой об заклад, что один на один силой померяемся,
а теперь за тобой стоит сила несметная!
Оглянулся Тугарин назад, хотел посмотреть, какая сила за ним стоит, а Алёше только того и надобно. Взмахнул острой саблей и отсёк ему голову! Покатилась голова на землю, как пивной котёл, загудела земля-матушка! Соскочил Алёша, хотел взять голову, да не мог от земли на вершок поднять. Крикнул Алёша Попович зычным голосом:
- Эй вы, верные товарищи, помогите голову Тугарина с земли поднять!
Подъехал Еким Иванович с товарищами, помог Алёше Поповичу голову Тугарина на богатырского коня взвалить. Как приехали они к Киеву, заехали на княжеский двор, бросили среди двора чудище.
Вышел князь Владимир с княгинею, приглашал Алёшу за княжеский стол:
- Живи ты, Алёша, в Киеве, послужи мне, князю
Владимиру. Я тебя, Алёша, пожалую.
Остался Алёша в Киеве дружинником; так про молодого Алёшу старину поют, чтобы добрые люди слушали: "Наш Алёша роду поповского, он и храбр и умён, да нравом сварлив. Он не так силён, как напуском смел".

ХХХ

 

 
Заведи прикольного питомца онлайн !